Петтер Нортуг. «Моя история» Глава 5.

Петтер Нортуг. «Моя история» Глава 5.

Ферма административно принадлежит к Фрамверрану, но ближайший населенный пункт – Мусвик. Это небольшая норвежская деревня четвертого уровня (административное устройство Норвегии состоит из фюльке, коммун, городов и поселений), и когда я рос, нас было 960 жителей. Это проявлялось в разговорах, что нас было бы больше 1000, если бы у нас был мост.
Про мост люди говорили, начиная с 60-х годов. Это был бы самый большой в Норвегии вантовый мост, и если бы он был закончен, мы стали бы менее зависимыми от паромной переправы, люди переезжали в Мусвик в надежде на это. Не хватало всего 40 человек, цель была в пределах досягаемости. Если бы мост был, то можно было бы доехать до Левангера примерно за 40 минут. В аэропорт можно было бы добраться за час двадцать или даже немного меньше. И вот король провез королеву по мосту и разрезал ленточку в начале 1991 года.

Мост – это благо для Мусвика, хотя старые привычки были настолько сильны, что люди продолжали пользоваться паромной переправой. И то, что здесь теперь стоит самый большой в Норвегии вантовый мост, не привело людей в Мусвик. Напротив, людям стало проще отсюда уезжать. Так что, когда я вырос, нас было уже не 960 жителей, осталось 820.

За некоторым исключением, все мы любили спорт.

Спорт в деревне был почти религией. И все было основано на усилиях добровольцев. У нас был Эйстейн Роннли, который всю зиму укладывал лыжню на скутере. У нас был Свен Нюборг, самый увлеченный футбольный тренер в истории Нур-Трённелага. И еще у нас был Свен Смоли. Он сам не занимался спортом, но как только начиналось какое-то спортивное событие, он стрелял из своей самодельной апельсиновой пушки, заряженной кое-какими специями и устраивал фейерверк.

Также был наш священник Оттар Странн. Много лет спустя, во время ЧМ в Фалуне после той аварии, он вознес молитву за меня с кафедры проповедника во время богослужения. Возможно, далеко не все попало в добрую почву, но таково спортивное сообщество Мусвика.

В швейцарском городке Санта Мария Валь Мустье, на родине моего соперника Дарио Колоньи, прямо на въезде в город висит большой указатель «Добро пожаловать в родной город Дарио Колоньи». А улица называется виа Дарио Колонья.

Ничего подобного у нас в Мусвике нет.

Несколько лет назад трённелагский художник получил заказ нарисовать типичного обитателя Нур-Трённелага. В качестве образца он выбрал меня. Картину планировали выставить на благотворительном аукционе, а через какое-то время вернуть в местное отделение банка, как купленную им. Но они, очевидно, не особенно этого хотели и предложили передать картину местному сельскому клубу, чтобы все были довольны.

Но те тоже отказались.

В конце концов, картина оказалась на стене дома фюльке в Станхьере.

Когда я рос, в Мусвике не было окружения лыжников. Нужно было отсчитать несколько поколений назад, чтобы найти выступавших спортсменов. Бегать на лыжах было старой традицией лесорубов, но это не означало, что существовала лыжная среда.

Активным в лыжном спорте был только я.

Спортом, который волновал людей, был бег. Люди говорили об этом везде. В магазине. В банке. В церкви. И в школьном автобусе.

Когда мне было примерно 12 лет, я познакомился с мальчиком из Мусвика, которого звали Юаким. Он занимался бегом и упорно тренировался. И я заставил себя бегать вместе с ним. Обычно мы бегали интервалы. Десять раз на максимальной скорости, по две с половиной минуты на каждый забег. Мы начинали ниже нашей фермы, от перекрестка Гилпин и бежали к ферме Эриксен. Мы подгоняли друг друга, чтобы показать, кто из нас круче. В первый раз это был я. И во второй. И так до шести раз. Но я ошибался. Юаким был очень крут. У него было тело, идеально приспособленное для бега, с длинными ногами, тонкими голенями, небольшим торсом, и еще он упорно тренировался. Был сфокусирован на беге. Его отец был таким же. После футбольной тренировки он подвозил Юакима к мосту, чтобы тот бежал домой.

4,5 километра.

И Юаким бежал. Бежал как кениец через вантовый мост.

Мы отправлялись с ним на общую тренировку в легкоатлетической команде в Mosvik IL два раза в неделю, и еще мы встречались несколько раз в неделю для интервальных тренировок.

Иногда мы отправлялись к Бьорнкаммену, откуда мы могли смотреть сверху на Лексвик и Байтадсфьорд.

Так прошла пара лет, и Юаким начал участвовать в соревнованиях, его считали самым талантливым бегуном в Норвегии два года подряд на дистанциях 800, 1500 и 3000 метров, и я знал, что он очень крутой.

Я все еще переживал из-за того, как много тренировок я теряю, поскольку все еще сижу на школьной скамье. Наконец, отец позвонил в школу, объяснил ситуацию и спросил, можем ли мы сделать так, чтобы я мог понемногу тренироваться во время уроков, а также во время занятий в тренажерном зале.

Я не знал, что они подумали, но сказали, что все в порядке. Внезапно я получил возможность тренироваться на пару часов в неделю больше, в то время, как у других были факультативы и практика.

В то время одни соревнования были более серьёзными, чем остальные – чемпионат Midtnorsk. Каждый год на него приглашали талантливых лыжников 12-14 лет, чтобы они могли показать, кто из них лучший. В тот год чемпионат проходил в Молде.

Я помню, как мы поехали. Мне было 12 лет, так что я впервые мог принять в нем участие. Все тело было буквально наэлектризовано. Той зимой я чувствовал себя сильным. Решающей в чемпионате была гонка преследования, стартовое время в которой определялось результатами гонки, проходившей днем раньше. В первый день стартовая зона просто кишела талантливыми лыжниками. В первый раз я обратил внимание на то, что у многих из них уже были взрослые лыжи.

И этот день решил все.

Я могу вспомнить разные детали этой гонки. Я пришел третьим. Я едва мог поверить в то, насколько хорошую стартовую позицию я обеспечил себе для гонки преследования. Все, что мне нужно было сделать, чтобы оказаться на подиуме, это защитить мою третью позицию. В ту ночь я лежал без сна и прокручивал гонку перед глазами снова и снова. Утром мы с отцом в отеле спустились к завтраку, и я чувствовал свое тело сильным. Я вышел под номером 3 и я помню, что знал, что так и будет. Это был мой день. Всю гонку я держался на этой позиции, делал все, как наметил, и хотя тело было полно боли, фокусировался на том чувстве, которое будет во мне, когда я пересеку черту как номер 3. И еще я помню ,что представлял взгляд отца, когда меня вызовут на церемонию награждения, и я смогу подняться на подиум.

Было чуть меньше километра до финиша, когда я взглянул через плечо и увидел, что он идет на четвертом месте Он приближался ко мне, но он все еще был позади, так что я сохранял контроль. Это придало мне сил. Я немного поднял темп. Трасса была хороша. Все шло так, как должно. Мы шли по лесной чаще, я бросил взгляд назад и увидел, что он понемногу приближается. Я бежал изо всех сил, все последние сотни метров, и тут вдруг на меня упала тень, и мы внезапно бежим бок о бок, и публика приветствует нас. А потом, когда оставалось несколько десятков метров, он оторвался от меня и ушел на финиш.

На церемонии награждения они назвали его имя, и он вспрыгнул на подиум. Затем пришел тот, кто на втором месте. И после них победитель.

Это был Эйстейн Богфьелльмо.

Я просто стоял там, и я помню, как папа положил руку мне на плечо, но те трое стояли на подиуме и получали призы. И я тут же решил. Никто больше не обойдет меня в спурте.