Петтер Нортуг. Моя история.Глава 29

Петтер Нортуг. Моя история.Глава 29

Цель состояла в том, чтобы использовать год и сделать еще один шаг в правильном направлении. Но я не понял, что история с падением должна меня встряхнуть, и расслабился, пошучивая в межсезонье. Золото ЧМ засело у меня в голове, и я ничего не достиг весь следующий сезон.


В конце концов, внутри команды стало нарастать раздражение, тем более, что я был мало заметен на тренировках все лето и осень. Они были правы. Я не был лучшим на тренировках. Я никогда не был лучшим. Я никогда не был сильнейшим. Никогда.

Наверное, 50 лыжников были лучше меня, они были в лучших кондициях, более взрывными и выигрывали всё.

На тренировках.

Ты замечаешь это в них весной, летом, осенью. Ты можешь видеть, как они двигаются, полные сознания собственной важности. Они, расслабленные и беззаботные, полные жизненных сил, дерзкие, шутят и болтают, сидя вокруг обеденного стола на сборе. И во время тренировок они лучшие. В Норвегии кичатся тем, что лыжники дьявольски хороши на тренировках.

Все это хорошо, но не тогда, когда нужно.

Но не тогда, когда на них стартовые номера.

Тогда все меняется.

Когда наступает зима, что-то происходит. Плечи напрягаются, и когда ты смотришь на них, сидящих вокруг обеденного стола, то видишь, что они сидят тихонькие, погруженные в свои мысли.

Зимой вывешивают общий зачет, и все глаза устремлены на него. Они начинают думать о том, что раз были так хороши весной, летом и осенью, то очень стыдно, когда зимой все идет плохо. Тогда в них будто гаснет искра, и кто-то высасывает все силы. И это они, кто мог бить себя в грудь и ощущать уверенность каждой клеточкой своего тела.

Зима меняет все.

Зима – дело серьезное.

Я не был хорош ни весной, ни летом, ни осенью.

Для меня тренировки - это работа.

И я был серьезен. Мне даже нравилось, что все было труднее, тяжелее, затруднительнее, чем мне было нужно. Так, я надевал рюкзак с утяжелением на 8 килограммов и бегал по болотам. Я брал более тяжелые, чем необходимо, колесики для лыжероллеров.

И так я делал все 3часа. Все было так, как мне нравилось. Так было всегда. Я тренировался с перегрузкой. Так может быть и хорошо, но не всегда. Иногда тело нуждается в том, чтобы ты использовал нагрузки как бальзам для мускулов, а иногда нужно, чтобы ты замедлил ход, и просто погрузился в тепло, смягчая все суставы и мышцы. Но не проси меня 6 часов идти спокойным темпом, чтобы потом помыть ноги. Тренировка должна быть экстремальной, вот такой она мне нравится.

Для меня нет середины, всегда либо-либо. На протяжении всей карьеры я шел по лезвию ножа, во всем, что делал. И порой за несколько секунд я разрушал то, ради чего тяжело трудился. Либо я попадал, либо не попадал. Я шел выигрывать, а не быть вторым. И если я ошибался, то с равным успехом мог прийти и последним.

Всегда мне было тяжело, но не всегда я был лучшим. Не на тренировках. Во время сборов я тихо сидел у обеденного стола, я фокусировался на работе, которую делал. Остальные болтали. Они смеялись и рассказывали анекдоты.

Я сидел и думал о зиме.