Для того, чтобы лучше понять суть моих претензий к Русской общине (РО) и Северному человеку (СЧ).

Для того, чтобы лучше понять суть моих претензий к «Русской общине» (РО) и «Северному человеку» (СЧ), нужно посмотреть третий сезон известного украинского сериала «Слуга народа». Кадром оттуда и проиллюстрирована эта статья. Моя первая интуитивная реакция при взгляде на эту картинку — отторжение. Мрачные и суровые бородачи в униформе военного типа с символикой организации. От этого веет каким-то тоталитарным концлагерем.

Проблемы Украины начались тогда, когда из страны решили сделать одну большую Львовскую область. Когда к рулю пробились радикальные националистические организации, натасканные на то, чтобы действовать методами уличного насилия.

Моя тревога заключается в сходстве типажей. Символика разная, но суть одна. Если бы многие РО-шники и СЧ-шники родились не в условном Ярославле, а в условном Ивано-Франковске, то со своей системой ценностей и взглядов они бы прекрасно вписались в ряды бандеровцев. «Мы — русские! С нами Бог!» и «Батько наш — Бандера!» — это явления одной природы, просто с поправкой на национальный колорит. Риторика тоже почти один в один. Просто одни ведут борьбу против таджиков, а другие — против «москалей». Примерно одинаковыми методами.

Опасность заключается в том, что отстранение от власти радикальных ультрапатриотов обычно происходит через большую кровь. Поскольку этим товарищам проще залить всё кровью, чем отдать бразды правления умеренным центристам. Именно это сейчас происходит на Украине. Страна захлёбывается от бессмысленного сопротивления, но остановиться уже не может. Поскольку за каждым, кто это публично предложит, немедленно придут «справжні патріоти» с намерением посадить на бутылку.

Посмотрите на символику всех этих организаций. Кони, кольчуги, богатыри, мечи... Всё это обращено в прошлое. Их точка притяжения находится в прошлом. Взгляды направлены не вперёд, а назад — в седые времена средневековой Руси. Это и есть крайний консерватизм.

Лично мне всё это нафиг не надо. Мой взгляд устремлён в будущее — в мир космоса и бирюзового стекла. В мир, где самый уважаемый человек — это учёный-исследователь, а не священник и не военный. Консерваторы — это главные враги прогресса. Прошлое в данном контексте — враг будущего.

Я крайне недоволен массовой миграцией людей из Средней Азии в Россию. При этом таджики не нравятся мне не потому, что они — таджики. И не потому, что они — азиаты. А потому, что они — представители ультраконсервативного мусульманского общества. Ну вот не хочу я видеть на улицах Обнинска XXI века средневековье. Ещё и не наше средневековье, а чужое средневековье. А они его сюда тащат. Особенно вся эта нелепая халатообразная одежда с платками, служащая ярчайшим внешним признаком инородности. Именно этот консерватизм и препятствует их ассимиляции. Вся эта дань религии и традициям. Что называется, нельзя просто так взять и выйти на улицу, не замотавшись.

Но! Дичайшее неприятие «чужого средневековья» не означает, что я буду рад «нашему средневековью». Я за прогресс. И я убеждён в том, что будущее за неолиберализмом. Выступаю решительно против того, чтобы выстраивать нашу идентичность вокруг религии и квасных традиций древности. Патриотизм не должен мешать нам быть частью глобальной неолиберальной культуры, устремлённой в будущее. Ибо все мы — люди.