Как известно из предвыборной рекламы Леонида Слуцкого: Дело Жириновского живёт!

Как известно из предвыборной рекламы Леонида Слуцкого: «Дело Жириновского живёт!». Только вот я, проживая в городе Обнинске 2024 года, в упор не могу понять того, в чём этот лозунг выражается на практике. И, более того, мне решительно непонятно то, в чём же, собственно, это «дело» заключается в принципе.



У меня был этап в жизни, когда я был помощником депутата Законодательного Собрания Калужской области от ЛДПР (Пётр Шамрицкий). Я никогда не был членом данной партии, но в то время ездил на партийные мероприятия в Калугу.

Был и другой этап в жизни, когда летом 2021 года я публично призвал Жириновского уйти из большой политики. Про этот мой призыв тогда даже в новостях писали. На «Obninsk Name» он набрал 44К просмотров. Всё это в контексте коронавируса. Поскольку я тогда выступал против принуждения к вакцинации, а Жириновский топил за поражение в гражданских правах всех несогласных. То, что с ним произошло годом позже, достаточно символично.

Вообще, сейчас моё отношение к ЛДПР достаточно ровное. Раз есть партия, то, значит, надо с ней работать. Политический нейтралитет, все дела.

В конце 2023 года мы встретились с Дмитрием Лозенко в главном областном офисе партии. Напомню, он является действующим депутатом Законодательного Собрания Калужской области от ЛДПР. Меня хорошо встретили, состоялся интересный разговор, в итоге мне ещё и подарили целый пакет с партийной сувениркой. Обменялись прямыми контактами, договорились сотрудничать.

После этого я начал отправлять ему в личку все свои самые резонансные истории, когда вмешательство ЛДПР могло бы стать действительно определяющим. Однако ни разу это ни к чему не приводило в итоге. То есть, прямого отказа нет, но и никаких действий тоже нет. Ситуации с обнинской Гимназией это тоже, разумеется, касается. Просил-просил хотя бы публично выразить «глубокую обеспокоенность», но так ничего и не добился.

Кто-то может сказать, что «дело Жириновского» — это «защищать русских». Только вот как это «дело» может «жить», если Сухарева никто даже не попытался защитить, несмотря на прямые многочисленные просьбы? Хотя он — вполне себе русский мужик из Козельского района Калужской области. Коллектив Гимназии — тоже вполне себе русские женщины. Почему бы, спрашивается, их не защитить?

Жириновского отличала определённая смелость и безбашенность. Он мог и резкое заявление сделать и апельсиновый сок в лицо плеснуть. Сейчас от всего этого былого куража в ЛДПР не осталось и следа. Партия сейчас достаточно скучная и безликая, своего рода филиал «Единой России» на минималках.

Обнинское отделение ЛДПР — это вообще как призрак. Вроде бы как оно и есть, а вроде бы как его и нет. Хотя, казалось бы, у нас второй по численности населения город в Калужской области. Согласно имеющейся у меня информации, местное отделение сейчас возглавляет Степан Опарышев. Который, кстати, выдвигался на выборах губернатора Калужской области против Владислава Шапши и даже набрал 3.47% голосов. Дождаться ответа от него в социальных сетях нереально. Телефонные номера постоянно меняет. У меня в памяти телефона два его мобильных номера и оба «абонент — уже не абонент».

Сам депутат Лозенко говорит, что бывает в Обнинске раз в пару недель. В связи с чем я много раз предлагал: «Будешь в Обнинске — набери — подбегу — репортажку отснимем о деятельности партии в городе!». Но звонка так и не последовало. Поэтому я склонен считать, что «дело Жириновского», если таковое и было, умерло вместе с самим Жириновским.

А у вас какие ощущения, друзья?